Центральная Азия: Жизнь после диктаторов

Вопрос преемственности в Казахстане и Узбекистане обретает чрезмерную актуальность

 

В прошлом месяце 68-летний Тургун Сыздыков, бывший механик фермы, стоял перед небольшой толпой в северном городе Казахстана Павлодаре и хвалил президента за достижения страны. Излияния преданности Нурсултану Назарбаеву не являются необычным явлением в Казахстане, где официально его зовут «лидером страны», а неофициально «отцом». Наиболее примечательным является то, что Сыздыков сам баллотировался на пост президента.

 

При участии Сыздыкова и другой мало кому известной фигуры, выступавшие в качестве  оппонентов, Назарбаев одержал победу на недавних выборах, набрав 97,7% голосов избирателей, тем самым продлив свое 25-летнее правление в крупнейшей экономике Центральной Азии и крупнейшего производителя урана в мире. Месяцем ранее президент соседнего Узбекистана Ислам Каримов одержал победу, набрав 90,4% голосов избирателей на аналогичных неконкурентоспособных выборах.

 

«Выборы - игра, в которую они все должны играть. Это театр. Чистой воды махинация», - говорит редактор независимого новостного сайта «Fergana.ru» Даниил Кислов. 

 

Но если едва внушающие доверие проценты набранных голосов являются спектаклем, то в корне мы можем видеть реальную драму. С каждыми проведенными выборами вопрос того, кто придет на смену двум семидесятилетним диктаторам, каждый из которых правил своей страной до распада Советского Союза, обретает чрезмерную актуальность.

 

Ответ сможет определить будущее региона, тонко балансирующего между Россией, Китаем, Афганистаном и Ираном, поставляющий более половины импорта газа в Китай, а общий объем запасов нефти в два раза превышает размер Бразилии.

 

Перспектива политических преобразований также представляют угрозу стабильности: наличие большого числа этнического русского меньшинства вызвало страх по поводу возможности «Украинского сценария» в Казахстане; в Узбекистане любое ослабление власти Каримова над обществом может открыть дверь радикальному исламу.
 

«Эти президенты сумели обеспечить эффективное поддержание стабильности и сохранить свои режимы. Если убрать их, что произойдет впоследствии этого?», - говорит европейский дипломат.

 

Вопрос был поднят в тот момент, когда Центральная Азия столкнулась с одной из самых больших экономических проблем в своей постсоветской истории на фоне рецессии в России, падающих цен на энергоносители и замедляющегося темпа экономического роста в Китае. В Казахстане, разделяющий более 6 тыс. км границу с Россией, снижение курса рубля способствовало увеличению импортируемых российских товаров, снижению активности местной промышленность и вызвало критику относительно недавно сформированного Евразийского экономического союза с Россией, Белоруссией и Арменией.

 

«Местные фирмы страдают из-за того, что людям выгоднее приобретать автомобили не в Астане, в России?», - говорит главный экономист по Центральной Азии Европейского банка реконструкции и развития Агрис Прейманис. По его прогнозам, вслед за 19-процентным снижением в феврале 2014 года, Национальный банк РК позволит дальнейшему ослаблению валюты.

 

В марте кондитерская компания «Рахат» объявила о временном увольнении 286 рабочих, ссылаясь на усиление конкуренции со стороны российских товаров, стоимость которых дешевле. Казахское отделение «ArcelorMittal», являющееся одним из главных работодателей страны, заявило о том, что сократит заработную плату на четверть, чтобы полностью изменить решение после оказанного давления со стороны профсоюзов и местных органов власти.
 

В Узбекистане эффект российского спада в экономике ощущается через рабочих-мигрантов, которых более 2 млн. — почти одна десятая от общей численности населения Узбекистана — работает в России и отсылает заработанные средства на родину.

 

По данным Центрального банка РФ, в последние три месяца прошлого года в сравнении с годом ранее денежные переводы узбекских мигрантов, трудящихся в России сократились на 43% в переводе на доллары США. «Все беспокоятся», - говорит бизнесмен из Ташкента.
 

Перспектива массового возвращения рабочих-мигрантов из России или увеличение числа уволенных на время рабочих на родине может нести угрозу с трудом завоеванной социальной стабильности в Казахстане и Узбекистане. Правительство Казахстана, боящееся повторения кровавых столкновений между нефтяниками и полицией в 2011 году, внимательно отслеживает отчеты о беспорядках по всей стране.

 

«Трудные времена впереди»

 

Этот лихорадочный экономический и социальный фон, казалось бы, является самой неподходящей средой для первой передачи власти, начиная с обретения независимости. Министр иностранных дел Казахстана Ерлан Идриссов заявляет, что экономические и политические проблемы стояли за решением правительства провести президентские выборы на год раньше, чем планировалось.
 

«Мы считаем, что кульминационный момент экономической и политической турбулентности еще не достигнут», сказал он в интервью «Financial Times» в преддверии голосования. «На наш взгляд, трудные времена еще впереди»», - отметил он.

 

Тем не менее, становится больше предпосылок того, что обе страны готовятся к изменениям наверху. Ни бывший 74-летний сталелитейщик Назарбаев, ни 77-летний Каримов не могут похвастаться хорошим здоровьем. Каримов не раз пропадал из поля зрения общественности, а в последний раз это произошло в преддверии мартовских выборов. Чиновники отмечают, что Назарбаев, в то время как не демонстрирует проблем со здоровьем, по всей видимости, начал сбавлять темпы.
 

По воле Назарбаева, университет в Астане, который носит его имя, работает над созданием современного «эликсира жизни». «Я читал где-то, что Нурсултан Назарбаев делает что-то, чтобы продлить себе жизнь до 200 лет. Если это произойдет, то я лично буду очень счастлив!», - сказал Идриссов. «Это – шутка», - добавил он.

 

Несмотря на это, Назарбаев начал говорить на публике о преемственности. «Уже много лет я возглавляю Казахстан», - сказал он перед собравшимися казахскими женщинами в марте. «Возможно, пришла пора изменить пейзаж, как говорят в театре», - добавил он.

 

Казахский политолог и глава Алма-атинской «Risk Assessment Group» Досым Сатпаев говорит, что выборы, прошедшие в прошлом месяце, возможно, был для Назарбаев последними. «В течение этого срока Нурсултан Назарбаев реализует проект преемственности», - добавил он.

 

Президентов Центральной Азии часто называют диктаторами, коррумпированными и репрессивными людьми. Тем не менее, перспектива их ухода вселяет во многих иностранцев и местных жителей ужас.

 

По словам аналитика отдела Центральной Азии и Кавказа GPW Ливии Пагги, преемственность является «высшим политическим риском» для иностранных инвесторов в Казахстане. «Ему удалось скрепить страну, но реальный страх заключается в том, что будет после ухода Назарбаева», - говорит она.

 

Ни в Казахстане, ни в Узбекистане не было прецедента с передачей власти. Начиная с обретения независимости, в двух странах был всего один президент. Со своей стороны по этой причине, Назарбаев и Каримов считаются двумя самыми давними правителями в мире.
 

Ученные и чиновники указывают на несколько примеров передачи власти в бывших советских странах как на возможные модели. Во-первых, наследование президентства членом семьи, как это произошло в Азербайджане в 2003 году, когда больной Гейдар Алиев передал президентство своему сыну Ильхаму.

 

Большое наследство

В Казахстане и Узбекистане нет ясности относительно того, кто из семьи станет наследником действующего президента, а ожидание возможной передачи власти стало причиной борьбы за лояльность президентов среди детей и их семей.

 

Даже если следующий президент не будет родственником, то семья, по всей вероятности, будет играть важную роль в любом процессе правопреемства, говорит руководитель отдела Центральной Азии Института стран СНГ Андрей Грозин. Оба президента «обеспокоены собственной безопасностью, безопасностью своих семей и своих денег», - говорит он.

 

Вторая модель передачи власти была продемонстрирована в России в 1999 году, когда больной Борис Ельцин публично поддержал кандидатуру Владимира Путина в качестве своего преемника, который должным образом победил на последующих выборах.

 

ПО словам наблюдателей, подобная контролируемая передача власти, по всей вероятности, станет предпочтительным вариантом для президента Казахстана. «У него будет план. Он знает, какова опасность отсутствия подобного плана», - говорит давний советник Назарбаева.

 

Среди руководителей и аналитиков усиливается мнение, что Назарбаев может уйти в течение своего нынешнего пятилетнего срока, и передаст президентство фигуре, которая сможет сбалансировать интересы деловых кругов и политических элит, а также России и Китая. Одой такой фигурой является Кассым-Джоомарт Токаев - спикер Сената, а получивший мандат в рамках конституции преемник должен будет дать президенту спокойно умереть или ограничить его права.
 

Третья возможная модель для передачи была продемонстрирована, когда эгоистичный диктатор Туркмении Сапармурат Ниязов внезапно умер в декабре 2006 года. Без очевидного плана преемственности политические элиты страны предложили малоизвестную фигуру стоматолога Гурбангулы Бердымухамедова в качестве компромиссной кандидатуры.

 

Такое закулисное соглашение выглядят вероятным в Узбекистане, где Каримов не демонстрирует добровольных признаков отказа от власти. Наблюдатели ожидают, что будет командовать круг из трех мужчин: Рустам Иноятов - глава службы безопасности страны; Шавкат Мирзиеев - премьер-министр; а также министр финансов Рустам Азимов, который рассматривается в качестве самой прозападной фигуры из вероятных преемников Каримова. «Несколько человек обсудят между собой и примут решение. После чего, вскоре будут проведены выборы, и нужный человек победит на тех выборах», - говорит Кислов.

 

«Украинский сценарий?»

 

Однако существует четвертый вариант: неуправляемый хаос.
 

Прошлой осенью Путин посеял среди казахов панику, когда он ответил на одном спланированном мероприятии на вопрос. «Нужно ли нам ожидать украинского сценария, если Назарбаев покинет пост президента?», - ответил Путин, считающий, что существование казахского государства неразрывно связано с Назарбаевым, не дав возможности для разрядки обстановки. «Украинский сценарий» сосредотачивается на русских меньшинствах 17-ммилионного Казахстана, составляющие одну пятую населения страны. Если преемник Назарбаева примет националистическую сторону, казахи боятся, что показанный недавно экспансионистский настрой Кремля может затронуть северный Казахстан, а прикрытием станет защита русского населения. Глава одной из крупнейших компаний Казахстана предупреждает, что российское меньшинство является «взрывоопасной вещью, если Вы не будете обращаться с ней должным образом».

 

Со своей стороны Назарбаев должен предложить реформы, нацеленные на укрепление институтов Казахстана и сделать страну, которая была бы менее уязвимой перед националистическими настроениями. Некоторые аналитики утверждают, что он заставил Казахстан войти в Евразийский экономический союз для воспрепятствования тому, чтобы любой будущий лидер мог отдалиться на большое расстояние от России.

 

«У нас действительно есть опасения, но я надеюсь, что мы не будем застигнуты врасплох. Мы разработали множество мер, чтобы защитить себя с политической и экономической стороны», -  говорит Идриссов.
 

Возможно, большая угроза для региона прибывает со стороны радикального ислама, особенно в Узбекистане, который является самой густонаселенной страной региона. По данным «International Crisis Group», до 4 тысяч выходцев из Центральной Азии отправились в Сирию для борьбы в рядах ИГИЛ. Религиозные организации находятся под пристальным контролем в Узбекистане, но положение дел может измениться, если после смерти президента Каримова вновь начнется война между кланами, предупреждает сотрудник Московского Центра Карнеги Алексей Малашенко.

 

«Более слабый клан может обратиться к исламу. Для Узбекистана момент перехода власти более проблематичен из-за ислама», - говорит он. 

 

Как сказал один европейский дипломат, ответственный за бывший советский регион: «Мой самый большой страх в том, что Узбекистан может стать следующим Афганистаном».

 

Узбекистан: Жесткие времена для мнимой «первой дочери»
 

Иностранные инвесторы и дипломаты не единственная сторона, выражающая беспокойство по поводу преемственности в Центральной Азии: ожидания преемственности власти заложили основу для Шекспировской интриги в пределах семей президентов.

 

Самым драматическим примером стала опала Гульнары Каримовой, которая в течение многих лет путешествовала по миру в качестве мнимой «первой дочери» Узбекистана, исполняя по-разному роли поп-звезды, модельера, дипломата и деловой женщины, а также широко рассматривалась в качестве потенциальной преемницы своего отца.

 

Однако в 2012 года она оказалась под давлением у себя дома, когда прокуратурой Швеции и Швейцарии было начато расследование коррупции в соглашениях узбекского телекоммуникационного сектора. В них фигурировало имя Каримовой, а также она смогла получить оттуда более 1 миллиарда долл. США в виде выплат и акций, согласно недавнему расследованию «Organized Crime and Corruption Reporting Project».

 

Ее компании были конфискованы, а ее партнеры арестованы. Каримова находилась под домашним арестом с начала прошлого года, говорится в сообщениях местной прессы.

 

Она связала свою неудачу с борьбой за преемственность, обвинила свою мать и сестру в колдовстве, а про главу служб безопасности сказала, что «он уже ведет борьбу» за кресло президента. Враги «пытались отравить меня тяжелыми металлами как ртуть», утверждает она.

 

Алексей Малашенко из Московского Центр Карнеги говорит, что Каримова «скомпрометировал своего отца», своим участием в коррупционном скандале. «Я не думаю, что она будет играть какую-либо роль в президентской преемственности».

 

Джек Фарчи

«Financial Times»

14 мая 2015 года

Перевод – «InoZpress.kg»